Новые аргументы А. Рыбалова / Публикации Balfort / Сайт Антона Иванова

Новые аргументы А. Рыбалова

Обязательственное право, Новости 2002, Дискуссия о соотношении купли-продажи и подряда

Суть всего спора можно выразить следующим образом. Необходимо классифицировать правоотношение, в котором должник обязуется передать кредитору вещь, которую предстоит изготовить из материала должника. Мой уважаемый оппонент Г. Васильев утверждает, что такое правоотношение является куплей-продажей.

Мною ранее было предложено различать две ситуации. В обеих из них кредитор приобретает вещь, которая изготавливается должником из своих материалов, но в разных условиях. В первом случае должник изготавливает вещи «на рынок», то есть независимо от наличия лица, которое прямо указало, что хочет приобрести эту вещь. Во втором случае должник приступает к изготовлению вещи лишь при поступлении заказа на ее изготовление. Если следовать точке зрения Г. Васильева, то эти правоотношения будут тождественными, то есть в них совпадут, в том числе, и объекты правоотношений.

Но так ли это?

В первом случае, когда должник обязуется передать право собственности на вещь, которую он еще не создал, но к созданию которой приступил бы в любом случае, даже при отсутствии конкретного кредитора, должник не принимает на себя обязанности по изготовлению вещи. Суть установления обязательства для должника — в принятии им на себя обязанности, которой у него ранее не было. С другой стороны, для кредитора важно обязать должника исполнить такое действие, которое должник без договора мог бы и не совершить. Если кредитор полагает, что должник изготовит вещь в любом случае, и должник, в свою очередь, считает так же, то у них нет никаких оснований согласовывать свою волю. Здесь нет места для противоположно направленных интересов. Ведь любое действие (бездействие) одной стороны обязательства, как правило, предполагает встречное предоставление другой.

Таким образом, изготовление вещи не является объектом обязательственного правоотношения. Объектом выступает только перенос права собственности на вещь после ее изготовления.

Во втором случае положение прямо противоположное. Коль скоро должник не изготавливал и не собирается изготавливать вещь «на рынок», надо договориться с ним об изготовлении вещи. Нужно заинтересовать должника в этом, предложив встречное предоставление. Следовательно, здесь изготовление вещи как раз становится объектом обязательства. Можно говорить также и о том, что в описываемой ситуации вещь изготавливается для заранее известного лица, тогда как в первом случае будущий приобретатель вещи неизвестен.

С учетом изложенного правоотношения в описываемых случаях различны, поскольку у них совершенно разные объекты. В первом случае подлежат применению правила о купле-продаже, а во втором — правила о подряде.

В качестве возражения было приведено высказывание М. М. Агаркова: при производстве вещи из материалов должника договор будет являться подрядом только в том случае, если изготавливается индивидуальная вещь, ибо в этом случае важен сам процесс её изготовления. Если же предмет сделки определён родовыми признаками, можно говорить о купле-продаже, ибо должник не лишен права приобрести эти вещи у третьих лиц.

Попробуем восстановить полностью суждение М. М. Агаркова. Одна из посылок: должник имеет возможность не производить вещь, а купить ее. Вывод звучит так: анализируемое правоотношение не является подрядом. Имея вывод и посылку (очевидно, меньшую), попробуем восстановить большую. Она должна звучать примерно так: договор, в котором должник может не изготавливать вещь, которую он обязался изготовить и передать кредитору, не является подрядом. Мне кажется, что эта позиция не совсем верна. Если должник может достичь желаемого кредитором экономического результата путем исполнения не условий заключенного договора, а совершением действий, характерных для другого договора, сказанное вовсе не означает, что стороны заключили между собой такую сделку, согласно которой действовал должник.

Если подрядчик вместо изготовления вещи вправе купить ее на стороне, то предполагается, что цель, которую стороны преследовали при заключении договора, может быть достигнута иными средствами. И здесь встает вопрос об основании (каузе) такого договора. Выходит, что в договоре может иметь сразу две цели (два основания) — изготовление вещи и ее приобретение. Однако возникающее обязательство не может быть отнесено к альтернативным. Поэтому речь можно вести не о правовой, а только об экономической цели договора.

Экономическая цель, которую преследовали стороны при заключении договора (изготовление вещи), может быть достигнута иным способом (путем покупки). Но В. С. Ем в свое время писал: «юридические цели (основания сделки) нельзя отождествлять с социально-экономическими целями субъектов сделки… Одна и та же социально-экономическая цель может быть достигнута через реализацию различных правовых целей (например, социально-экономическая цель использования автомобиля может быть достигнута через реализацию таких правовых целей, как приобретение права собственности на автомобиль или приобретение права пользования в результате найма автомобиля)».

Надеюсь, мне удастся ниже показать также, что и экономическая цель сделки при замене изготовления вещи ее приобретением на стороне достигается не вполне.

Далее хотелось бы обосновать утверждение, согласно которому при подряде изготовитель вещи не приобретает на нее права собственности. Данный вывод объясняется тем, что в правоотношении подряда изготовление вещи является обязанностью должника, а в купле-продаже — нет.

Согласно ст. 1 ГК, граждане и юридические лица приобретают гражданские права своей волей и в своем интересе. Оборот «своей волей и в своем интересе» корреспондирует ст. 218 ГК, из которой следует, что право на вновь созданную вещь приобретает лицо, изготовившее ее «для себя». Оборот «для себя» явно не случаен и означает именно изготовление вещи в своем интересе. Чем отличается создание вещи «для себя» от создания вещи подрядчиком? Для последнего изготовление вещи является исполнением по сделке, его обязанностью. Подрядчик не имеет интереса в приобретении права собственности на изготавливаемую вещь, такой интерес имеет только заказчик. Интерес должника в обязательстве направлен на получение встречного предоставления в обмен на исполнение своей обязанности. Должник ясно выразил отсутствие своей воли и своего интереса в приобретении права собственности на изготавливаемую вещь, потому вопреки им не может стать собственником. С другой стороны, воля и интерес кредитора направлены именно на создание новой вещи и приобретение права на нее. Для достижения своей цели, то есть реализации своей воли и интереса, кредитор просто нанимает чужой труд. Римляне и называли договор подряда «наем работы» — locatio-conductio operis.

С другой стороны, если вещь изготавливается не в связи с чьим-либо заказом, вне обязательства, она изготавливается в рамках «одностороннего приобретательного акта» (Б.Б. Черепахин), в рамках абсолютного правоотношения. Вещь изготавливается не для определенного лица, а значит, изготовитель может быть лишь управомоченным, а не обязанным лицом, то есть только он и может приобрести первоначальное право на вещь.

Если вернуться к высказанным М. М. Агарковым замечаниям относительно достижения того же экономического эффекта путем не изготовления вещи, а приобретения ее у третьего лица, то надо отметить, что в случае изготовления вещи в рамках подряда кредитор приобретает первоначальное право собственности. Когда же вещь приобретена у третьего лица, то право кредитора будет производным, то есть он несет риск наличия обременений этого права. Ясно, что наличие обременений может серьезно ущемить интересы кредитора.