Регистрация лошадей / Публикации Balfort / Сайт Антона Иванова

Регистрация лошадей

Вещное право, Шутки

Предлагаем Вниманию читателей краткий обзор некоторых норм о регистрации лошадей в таком известном памятнике русского права как Судебник 1550 г. Разумеется, по сути ничего общего с регистрацией прав на недвижимость «пятнание» лошадей, как его тогда называли, не имеет. Однако какова терминология… Так и представляешь себе какого-нибудь регистратора прав в заштатном учреждении юстиции. Впрочем, убедитесь сами.

Регистрация лошадей

Нормы о регистрации лошадей в Судебнике Ивана Грозного.

Правила регистрации транспортных средств родились не в связи с появлением автотранспорта. В российском законодательстве нормы о регистрации лошадей содержались уже в Царском судебнике 1550 г. Суть регистрации состояла в том, что при совершении возмездной сделки (купли-продажи или мены), приобретенная лошадь подлежала внесению в специальные книги, которые велись по месту совершения сделки. К сожалению, Судебник не дает ответа на вопрос, как следовало поступить в случае дарения. Наш современный подход, в соответствии с которым отсутствие указания на публичную обязанность означает ее отсутствие, к временам Ивана Грозного вряд ли применим.

Регистрация («пятнание») лошадей преследовала две цели: фискальную цель и цель ведения реестра имущества для разрешения возможных споров. Велись специальные книги, в которые заносились сведения о владельцах лошадей. При «пятнании» лошади взималась пошлина, причем и с продавца, и с покупателя: «а пятенщиком имати с купца денга, а с продавца денга ж». Регистрация производилась по месту совершения сделки: «А кто где купит лошадь или выменит не в своем присуде, тот тут и пятнит». При этом правила регистрации отличались в зависимости от того, где она производилась.

Регистрация в Москве велась специальными должностными лицами — пятенщиками: «А кто купит лошадь на Москве или в Московском уезде, и тем лошади пятнати у пятенщиков на Москве да и книги написати по старине; а пошлина имати пятенщиком по старине ж». В иных «городах и весях» порядок регистрации был несколько иной: «А по городом и по волостем где кто лошадь купит или менит, тут у наместников, и у волостелей и у их пошлинников и пятнает; а записывати те лошади в книги у целовалников дьаку земскому». Таким образом, в «провинции» регистрация была возложена на высших чиновников на местах — наместников и волостелей. Наместники назначались обыкновенно в города и их уезды, а волостели — в волости и их уезды. Плату за свой труд они не получали, а кормились за счет сборов с населения, полагавшихся государю, но уступаемых госслужащим. Так, и сбор за регистрацию лошади поступал наместникам или волостелям.

Однако регистрация не была отдана на откуп наместникам. Существенной чертой государственного устройства России той поры было разделение власти «на местах» между назначенными государем чиновниками и местным самоуправлением. С этим, кстати, связано и существование своеобразного аналога «Habeas corpus» в законодательстве Ивана Грозного: если наместники и волостели взяли кого-либо под стражу, не заявив о том земским властям, последние по жалобе родственников задержанных должны были силой освободить арестованных.

Аналогичная система «сдержек и противовесов» действовала и в случае с регистрацией лошадей. Сам реестр должен был вестись у целовальника. Целовальник — выборное должностное лицо местного самоуправления (земства) в России 15−18 в. Целовальники избирались из состоятельных и известных посадских (городских) людей или лично свободных крестьян для сбора различных налогов и исполнения ряда судебных и полицейских обязанностей. При вступлении в должность целовальники приносили присягу (целованием креста) честно выполнять свои обязанности, за что и получили свое название. Реестр лошадей у целовальника должны были вести земские дьяки, то есть чиновники, находившиеся в подчинении у земской администрации (в том числе у целовальника), противопоставленной наместникам и волостелям. Такое разделение властей, видимо, потребовалось для избежания злоупотреблений со стороны «губернаторов». Более того, целовальникам и земским дьякам было поручено регистрировать и сами клейма наместников: «А целовалником и дьаку земскому у тех наместников и у волостелей пятна их писати образцы в книги спору для».

Последствия совершения сделки с неклейменой лошадью были тяжелыми. С виновного приобретателя взимался штраф — так называемое «пропятение» в весьма существенном по тем временам размере: «А кто купит лошадь в своей волости или выменит, а до такова ж дни не запятнает и в книги не запишет, и уличат его в том, и на том, кто купит или выменит, взяти наместнику или волостелю или пятенщику пропятениа два рубля».

Судебник содержал еще одну интересную норму, говорящую о том, что государственное клеймо одновременно являлось и «знаком качества»: «пятнанию» подлежали лишь лошади, соответствующие неизвестным уже критериям. «А наместником, и волостелем, и их тиуном, и пятенщиком в городех и в волостех непродажных и доморощенных лошадей не пятнати. А кто учнут в городех или в волостех непродажные и доморощенные лошади пятнати, и доведут на него то, и кто на нем взыщет чего в тех лошадех, и те ему убытки платити без суда втрое, а в пене что государь укажет».