Нерациональное неконституционно / Публикации Balfort / Сайт Антона Иванова

Нерациональное неконституционно

Теория права, Налоговое право, Новости 2003

В опубликованном 8 февраля 2003 г. в «Российской газете» Определении от 10 декабря 2002 г. № 316-О Конституционный Суд Р Ф (в дальнейшем также Суд или КС РФ) указал, что положение ст. 4 Закона Р Ф «О приватизации жилищного фонда в РФ» (в дальнейшем — Закон о приватизации или просто Закон), запрещающее приватизацию находящегося в сельской местности жилищного фонда стационарных учреждений социальной защиты населения, находящегося вне территорий соответствующих учреждений, не может применяться. Аргументация упомянутого Определения весьма своеобразна и дает повод к далеко идущим выводам.

Конституционный Суд определил, что рассматриваемое им положение Закона Р Ф «О приватизации жилищного фонда в РФ» препятствует одним категориям гражданам получать жилье из государственного и муниципального жилого фонда в порядке приватизации в собственность наравне с другими, а также требовать от органов государственной власти и органов местного самоуправления обеспечения одинаковых правовых условий для осуществления права на жилище. Это, как посчитал КС РФ, фактически свидетельствует об отступлении от принципа равенства прав и свобод граждан и о дискриминации их в зависимости от места жительства и рода занятий. Суд особо подчеркнул, что в Определении идет речь о жилищном фонде, который расположен вне территорий социальных учреждений стационарного типа, не составляет с ними единой инфраструктуры и предоставляется работникам подобных учреждений.

Интерес вызывает сформулированная Судом позиция, которая может повлиять на последующее развитие правоприменительной практики. Суть ее такова. Вводимые законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными. Так, запрет на приватизацию указанных жилых помещений был введен исходя из того, что в условиях невысокой заработной платы работников социальной сферы предоставляемое им жилье может привлечь граждан к работе в сельской местности. Чтобы предотвратить «растаскивание» такого жилья, и была установлена недопустимость его приватизации. Однако, как отметил КС РФ, установленный запрет свое существование не оправдал, поскольку жилые помещения, заселенные до вступления в силу рассматриваемого положения Закона, не подлежали освобождению бывшими работниками социальной сферы без предоставления им иного жилья. Также не мог быть изменен и правовой режим подобных помещений. Следовательно, установленные ограничения не способствуют выполнению государством своих обязанностей по обеспечению прав граждан на социальную защиту. А раз так, соответствующие ограничения чрезмерны и недопустимы.

Интерес представляет и следующее утверждение Суда. Ст. 4 рассматриваемого Закона устанавливает, что при получении разрешения собственника жилого помещения или учреждения, обладающего правом оперативного управления на них, приватизация все же может быть осуществлена. Таким образом, отметил Суд, запрет на приватизацию соответствующего жилья не абсолютен. Однако разрешение, требуемое для приватизации, может быть дано или не дано соответствующим субъектом произвольно, без учета каких-либо установленных в законе положений. «Тем самым реализация права на приватизацию жилищного фонда стационарных учреждений социальной защиты населения, находящегося в сельской местности, ставится в зависимость от субъективного усмотрения собственника (владельца) жилья, что не согласуется с положениями ст. 17 ч. 3 Конституции РФ».

Практика применения указанной нормы показала, что при наличии спора суд, установив отсутствие разрешения на приватизацию, может лишь отказать гражданину в праве на приватизацию. Как считает Конституционный Суд, этот факт сам по себе уже противоречит принципу равенства перед судом. Кроме того, по мнению КС РФ, поведение судов, которые при отказе «ограничиваются лишь формальным подтверждением отсутствия разрешения на приватизацию», не проверяя, является ли отказ злоупотреблением правом или «необоснованным», умаляет предусмотренное ст. 46 Конституции Р Ф право на судебную защиту и противоречит требованиям реального обеспечения прав и свобод граждан при помощи правосудия.

Однако что же неконституционно: сама норма, позволяющая произвольно давать или не давать разрешение на приватизацию жилого помещения или судебные решения, выносимые без учета нормы о злоупотреблении правом? Ведь проверка «обоснованности» отказа в приватизации явно не входила в компетенцию судов общей юрисдикции в период действия ст. 4 Закона «О приватизации». Означает ли это, что впредь, при рассмотрении рутинных дел, суды должны руководствоваться не «формальным» указанием закона, а оценивать «обоснованность» или «необоснованность» реализации своего права одной из сторон спора? Или К С РФ имел в виду то, что суды при принятии решения по делу должны анализировать подлежащую применению норму на предмет ее конституционной обоснованности, а при появлении сомнений на сей счет обращаться в Конституционный Суд?

Так или иначе, в рассматриваемом определении КС РФ сформулировал следующую правовую позицию: если правовая норма, устанавливающая ограничения прав и свобод граждан, фактически не выполняет своего предназначения, эти ограничения неконституционны и потому недопустимы. Можно предположить, что впредь подобная позиция.