Имеют ли патентные пошлины налоговую природу? / Публикации Balfort / Сайт Антона Иванова

Имеют ли патентные пошлины налоговую природу?

Теория права, Исключительные права, Новости 2003

Поводом для написания настоящего материала послужили последние акты Верховного и Конституционного судов посвященные законности издания Правительством Р Ф Постановления от 14.01.02 г. № 8, изменяющего размер взимаемых пошлин при получении патентов, а также при регистрации товарных знаков, знаков обслуживания и наименования мест происхождения товаров. Не последнюю роль в выборе темы сыграла и новость А. Рыбалова ранее появившаяся на сайте…

Упомянутое постановление непосредственно затрагивает права граждан и юридических лиц, предусмотренные ст. 57 Конституции Р Ф, на основании которой каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы. Тесно связано оно также и с п. 5 ст. 3 Налогового Кодекса Р Ф (в дальнейшем — НК), согласно которому ни на кого не может быть возложена обязанность уплачивать налоги и сборы, а также иные взносы и платежи, обладающие установленными признаками налогов или сборов, не предусмотренные НК, либо установленные в ином порядке, чем это определено НК.

Верховный суд РФ, рассмотрев жалобу ОАО «Жигулевское пиво», разъяснил: согласно п. 2 ст. 8 НК под сбором понимается обязательный взнос, взимаемый с организаций и физических лиц, уплата которого является одним из условий совершения в отношении плательщиков таких сборов государственными органами, органами местного самоуправления, иными уполномоченными органами и должностными лицами юридически значимых действий, включая предоставление определенных прав или выдачу разрешений. По своему характеру и признакам патентные пошлины каких-либо отличий от указанных выше сборов не имеют. Из этого следует, что взносы и платежи, обладающие признаками налоговых сборов, могут быть установлены только НК либо принятыми в соответствии с ним федеральными законами (ст. 1 НК). В результате жалоба была удовлетворена.

Конституционный суд РФ, не согласившись с решением Верховного суда, вынес противоположное по смыслу определение от 10 декабря 2002 г N 283-О. Делегирование федеральным законом Правительству Р Ф полномочия по установлению размеров пошлин за совершение юридически значимых действий, связанных с патентом, а также с регистрацией товарного знака, регистрацией и предоставлением права пользования наименованием места происхождения товара, — с учетом характера данных платежей как сбора — не нарушает конституционное предписание о законно установленных налогах и сборах и закрепленное Конституцией Р Ф разграничение компетенции между Федеральным Собранием и Правительством Российской Федерации. При этом вводимые Правительством Р Ф ставки пошлин должны быть разумно обоснованными, справедливыми и соразмерными затратам органов публичной власти, связанным с установлением патентоспособности изобретения, полезной модели, промышленного образца, приоритета товарного знака, знака обслуживания и с предоставлением правовой охраны соответствующей промышленной собственности.

Подобного рода разногласия между Конституционным и Верховным судами возникали и ранее. Ныне главная их причина состоит в понимании того или иного «сбора» в качестве налогового или неналогового платежа.

Верховный суд, строго придерживаясь той точки зрения, что всякий платеж, буквально соответствующий требованиям НК, следует понимать именно в смысле налогового платежа, тем самым, безусловно, отстаивает интересы налогоплательщиков.

Конституционный суд, напротив, полагает необходимым дифференцированно подходить к взиманию сборов, с одной стороны, и налогов, с другой. Налоги и сборы как обязательные платежи в бюджет имеют различную правовую природу. Если налог — это индивидуальный безвозмездный платеж в целях финансового обеспечения деятельности государства и (или) муниципальных образований, то сбор — это взнос, уплата которого плательщиком является одним из условий совершения в отношении него государственными органами, органами местного самоуправления и должностными лицами юридически значимых действий, включая предоставление определенных прав или выдачу разрешений (лицензий).

Указанное различие предопределяет и различный подход к установлению этих обязательных платежей в бюджет: налог считается установленным лишь в том случае, когда определены налогоплательщики и все перечисленные в НК элементы налогообложения, включая налоговую ставку; при установлении же сборов элементы обложения определяются применительно к конкретным сборам.

Но подобное толкование НК входит в определенное противоречие с предыдущими актами Конституционного суда. В постановлениях от 4 апреля 1996 г. и от 11 ноября 1997 г. закреплен критерий правомерности налогов и сборов, в соответствии с которым они считаются законно установленными лишь при условии, что все существенные элементы налогового обязательства, в том числе размер платы, определены непосредственно федеральным законом.

Не допуская разночтений, Конституционный суд разъясняет, что поскольку в соответствии с п. 5 ст. 3 НК ни на кого не может быть возложена обязанность уплачивать взносы и платежи, обладающие установленными признаками налогов и сборов, не предусмотренные НК либо установленные в ином порядке, чем это определено НК, любой платеж независимо от его названия должен оцениваться по существу, с учетом характеристик налога и сбора, предусмотренных законом.

Пошлины взимаются за совершение юридически значимых действий, обусловленных необходимостью установления патентоспособности изобретения, полезной модели, промышленного образца, приоритета товарного знака, знака обслуживания (проведение экспертиз, выдача патентов, свидетельств заинтересованным лицам, организациям, публикация сведений о регистрации и т. д.), что требует дополнительных затрат государства в интересах плательщика, который, становясь патентообладателем (обладателем свидетельства на товарный знак), приобретает ряд имущественных и личных неимущественных прав. Эти пошлины, следовательно, не имеют признака индивидуальной безвозмездности, и их размеры должны определяться исходя из затрат публичной власти по осуществлению — в соответствии с названными законами и международными договорами Российской Федерации — правовой охраны объектов промышленной собственности.

В данном случае уплата пошлины связана со свободой выбора: автор изобретения, полезной модели, промышленного образца, владелец товара может подать заявку на выдачу патента (свидетельства на товарный знак) и тогда будет обязан уплатить пошлину, а может и не претендовать на приобретение соответствующих прав, льгот и преимуществ, вытекающих из патента и иных документов, обеспечивающих охрану промышленной собственности. Поэтому неуплата пошлины влечет иные правовые последствия, нежели предусмотренные законодательством принудительные меры, применяемые в случае уклонения от налогового платежа.

Высказанный Конституционным Судом аргумент сомнителен. Действительно, неуплата пошлины не влечет за собой наступления неблагоприятных последствий в форме публично-правовой ответственности. Однако никакой свободы выбора у плательщика пошлины не существует. В случае если лицо откажется, например, патентовать изобретение, тем самым оно лишится правовой защиты, рассчитывать на которую имело все основания. Где же здесь свобода?

Точно такие же критерии разграничения налогового обязательства в конституционно-правовом смысле от неналогового Конституционный суд приводил и в иных определениях со сходной проблематикой (Определение от 10 декабря 2002 г. N 284-О).

Возможно, нет ничего страшного в том, что Правительству принадлежит право установления размера того или иного неналогового сбора. В известном смысле подобное решение проблемы позволяет оперативно реагировать на текущие изменения в экономике, в том числе изменяя те или иные сборы. А вот критерий исчисления размера сбора кажется категорией чрезмерно оценочной. Проблема в том, как понимать термин «затраты публичной власти». Конституционный суд особо подчеркнул требование обоснованности и справедливости в установлении сборов, значит, нужно исходить из реальных затрат. Правительство же, игнорируя эти требования, повысило пошлины так, что ни о какой справедливости или соразмерности речь идти не может.

В частности, размер пошлины за регистрацию товарного знака и выдачу свидетельства на него установлен в сумме 10 000 руб. вместо 250 руб., как было ранее, т. е. увеличен в 40 раз. Размер пошлины за подачу жалобы на решение Апелляционной палаты Роспатента в Высшую патентную палату установлен в сумме 5000 руб., т. е. увеличен более чем в 16 раз. Так что у Конституционного Суда была возможность все-таки признать обсуждаемое Постановление Правительства неконституционным, исходя из необоснованности и неразумности установленных сборов, чего он, однако, не сделал.

Тем не менее, гораздо серьезнее иное. Если подобного рода разногласия между двумя высокими инстанциями будут иметь место и в дальнейшем, то ничего, кроме утраты доверия к судебной власти в целом, со стороны налогоплательщиков не произойдет. Нужен единый подход. В противном случае порочная практика укрепится — и изменить ее будет непросто!